Ши-Тенно → Проза → Лорд Нефрит


© Лорд Нефрит
• Айон •

  1. «Красота не бывает злой»
  2. «Рождение Нового Бога»

«Красота не бывает злой»

"Вот лицо мое — словно прекрасный тюльпан,
Вот мой стройный, как ствол кипарисовый, стан.
Одного, сотворенный из праха, не знаю:
Для чего этот облик мне скульптором дан?"

Омар Хайям.


◇ ◇ ◇

К расота не бывает злой...
Разве способен таить жестокость такой нежный взгляд, разве может быть омрачён скверными мыслями хоть один её локон? Только безграничная тоска во всём облике таинственной девы. Всеобщее неведение порождает страх. Она не враг, а пленница замка, когда-то укрывшего её от страшной болезни. Уверен, это колдовство, очернившее доброго ангела.
Тираду никому не известного мечтателя бесцеремонно прервал смех трактирщика.
- Кармивен? Избалованная девка, соблазнившая лорда и ставшая чудищем во время эпидемии? Она-то порождение света? Пойди проспись, безумец.
Освистанный и опозоренный, молодой музыкант продолжал неустанно славить свою музу и смиренно ждать того дня, когда сила его окрепнет, когда Великие Хранители позволят ему ступить на проклятые земли и преодолеть врата неприступного форта.
Когда-то, ещё до обретения крыльев, он увидел в книге потрет прелестной девушки и поклялся во что бы то ни стало найти её. Образ загадочной белокурой леди стал навязчивой идеей, единственным смыслом, благословением и наказанием.

Комнаты замка встретили холодом и смрадом, но ничто не могло сковать горячее сердце. Обращённая в прах нежить, кровь на каменных ступенях, в остервенении изрезанные о струны арфы пальцы - всё это приближало героя к своей возлюбленной.
А "возлюбленная", даже не взглянув на даэва, пронзила его тело болью тысячи кинжалов, заставив согнуться пополам и без сил упасть на колени.
Пытаясь коснуться рукой подола, отделанного выцветшими от времени кружевами, он поднял голову в надежде отыскать во взгляде принцессы погребённую под толщей печали нежность.
- Ты или слишком отважен или слишком глуп, коль решил убить меня в одиночку!
Кармивен занесла руку для второго удара, но в нём не было необходимости.
Её противник уже бился в агонии.
- Нет, нет...никогда...я пришёл спасти тебя, моя принцесса.

Даэв не видел, как широко распахнулись её глаза, отгороженный от всего сущего крыльями и вслед за этим растаявший в потоках эфира.
Возрождённый у кибелиска, он расправит плечи, чтобы снова пасть на колени. Раз за разом, пока будет вставать солнце.
Умирать за один только взгляд, воскресать с единственным желанием - ещё раз её увидеть.
Юноша не разлюбит, ведь красота не бывает злой.

*****

Эта история повторялась не единожды. Несколько сотен раз несчастный приходил принять смерть от руки дамы своего сердца.
Слава о его глупости и безумстве множилась наравне со слухами о кровожадности Кармивен. История обрастала яркими деталями и фактами, о подлинности которых никто не смог бы судить наверняка.

Очередной день в мрачном замке протекал ровно так же, как и другие.
Угрюмая служанка в изодранном переднике, некогда белоснежном, укладывала волосы своей хозяйке.
- Он снова пришёл, - Кармивен сидела у зеркала исключительно по воле привычки, в серебристой поверхности ей всё равно не суждено было больше отразиться.
- Да, моя госпожа. Какой назойливый и безрассудный мальчишка. Неужели он не понимает...
- Что я - монстр? - она довольно резко оборвала горничную.
- Нет, что ему никогда не удастся добиться расположения, Ваше Высочество. Никогда.
В этот день Кармивен отправила своего ухажёра к кибелиску трижды, под одобрительный хохот многочисленной прислуги и компаньонок.
Тем казалось, что раз за разом принцесса исполняет смертный приговор с каким-то особенным азартом, даже глаза её выражали куда больше эмоций, чем прежде им доводилось видеть.
И ни одна душа, ни живая ни мёртвая, не знала, что по ночам избалованная девка, соблазнившая лорда, бессердечная и непреклонная госпожа, отчаянно прижимает к сердцу белоснежное перо, что обронил бесславный мальчишка во время своей первой смерти у её ног.

К содержанию


«Рождение Нового Бога»


◇ ◇ ◇

О диночество – это одна из самых отравляющих слабостей мироздания, только обременённый привязанностями может познать одиночество, а целостный духом, тот, кто всегда был один и справлялся с этим, не ведает такого слова. Не ведает страха потери, страха тишины, пустоты, темноты…
Я наблюдал за тем, как облака обращались в стаи белоснежных птиц и улетали прочь, мне достаточно было любоваться ими и, когда они покидали меня, устремляясь в новые дали, я умел проститься без сожаления. Я знал, что наслаждаться цветами можно не срывая их, вдыхать аромат – не нарушая нежной, тончайшей материи лепестков.

В кристальной водной глади я иногда видел лицо юноши с белыми мягкими прядями, обрамляющими точёные скулы, голубыми глазами и надменными губами. Мы не заговаривали, а молча смотрели друг на друга, я и моё отражение, мы были счастливы.
Но однажды в мою безмолвную обитель забрёл одинокий старец, он долго осматривался, судя по всему, деревья, цветы, озёра и водопады интересовали его куда больше чем я. Но немного погодя взгляд пронзительных мудрых глаз встретился с моими глазами.
- Этот лес давно сгорел дотла, сотни лет здесь не поют птицы и не благоухают травы, - сказал он мне и опустил свою седую голову.

Я кричал, отрицая, я называл его ослепшим безумцем, в остервенении мотал головой и повторял одно сплошное: нет, нет, нет…
Но, тяжело вздохнув, незнакомец протянул руку и коснулся моего лба, открывая беспощадную истину. Вместо великолепия зелени и чистоты озёр я увидел лишь обгоревшие головешки и высохшую, потрескавшуюся землю, а старец предстал передо мной юным и прекрасным, сотканным из самого яркого света.
Я не сердился на него, но впервые в своей жизни познал настоящее отчаяние.
- Тебе подвластен мир иллюзий, - прекрасный мужчина, что только что возник на месте старика, протянул мне руку, - пойдём со мной, и я научу тебя повелевать им.

**************

Вы спросите, что стало с тем юношей, который ушёл вслед за незнакомцем. Никто не знает и не скажет наверняка, но когда пришло время и распахнулись врата Башни Вечности, в числе прочих избранных, из них вышел маг – Повелитель Иллюзий, с белыми мягкими прядями, обрамляющими точёные скулы, голубыми глазами и надменными губами. Сияние его одежд затмевало сияние снега в солнечный день, а имя было столь же мелодичным, как и его голос. Кайсинель…

А сгоревший лес в один прекрасный день снова обрёл жизнь, её вернули существа, созданные из эфира тем самым магом: согрели мёртвую землю, проросли крепкими корнями, оросили и взбодрили свежим ветром.

К содержанию